Энигматичность отношений человека и природы, проблематичность их единства — тема для многочисленных и до сих пор не стихающих дискуссий. Художница находит разрешение этих споров в отказе от противопоставления человека природе и моделировании вариантов их синхронности, взаимосвязи и непрерывного взаимодействия.

Идеи Руссо выраженные в максиме “retour à la nature”, в интерпретации художницы — понимание того, что люди это неотъемлемая часть мира и они никогда не были и не будут от него отделены. Отделение и противопоставление человека природе всегда происходило и происходит лишь в его собственном (и коллективном) сознании. И если сейчас эта гипотеза становится очевидностью, она все же требует вчувствования и принятия. Художница делает это посредством собственного тела — в основе всех её работ лежит перформативное взаимодействие с пейзажем. Словно современный Маугли, она лазает по деревьям, претворяется камнями, исследует водные потоки и движения воздуха, разговаривает с животными.

Художница выбирает для своих опытов места со следами агрессивного воздействия людей на ландшафт, но они адаптированы, поглощены, «приняты» природой. Практики взаимодействия автора с пейзажем — модель «других отношений» человека и натуры и напоминают сюжет с поцелуями шрамов, эротика сочувствования, любовное соприкосновение с ранениями пространства, которые успели затянуться.

Природа в работах Марии Евдокимовой очевидно больше человека, но это не «страдающая природа», не жертва цивилизационного насилия, не мать терпящая притеснения от своих неразумных детей. Это индифферентная сила, и её опасный потенциал может быть активирован в ответ на агрессию. Художница выбирает «не инструментальный» способ взаимодействия. Её тактика — это быть в пространстве, находиться и быть найденной в нем. На деле это означает налаживание контакта, коммуникацию, синхронизацию с пейзажем. Отсюда желание уподобить себя камню или ветке, стволу или скале, воде или движению воздуха. Отсюда автопортретность всех работ художницы. Личное автобиографическое переживание природы инспирируют органические вопросы: Что есть мое тело? Каковы его отношения с ландшафтом?

Состояние персонажа в работах художника — это пауза, телесная рефлексия перед коммуникацией, “взаимодействованием” актора и пространства. Это продолжение вопрошания. Что есть у тела для места в котором оно оказалось, что оно может дать пейзажу? Каким может быть энергетический обмен между телом и окружающей природой? Какова драматургия взаимодействий тела и пространства?

Этика и драма этих отношений выражается у автора в первичном жесте взаимодействия, в попытке осознать тело в пространстве — шаг, движения руки, соприкосновение тела с объектами, поверхностями и средами. Тактильность солнечного света, движений воздуха и воды — все это чувственные аспекты синхронизации, соосуществления и сосуществования человека и природы.